| Все наалось с того... |
[Nov. 18th, 2009|11:14 am] |
Нашла рассказик свой, написанный ранее... И улыбнулась. Мне понравилось.
Все началось с того, что папа купил цифровую видеокамеру. Мы с девчонками сразу захотели снимать фильм. Не просто фильм, сериал. А потом его бы на диск записали, и – по компьютеру. Но главную роль никто не уступал. Решили объединить сразу три сериала, «три в одном», и сымпровизировать собственный. Машка Горкина сказала, что ее младшая сестра будет писать на камеру, и все будет происходить именно у меня в квартире, потому что я живу в сталинском доме, и расположение мебели в моей комнате чем-то смахивает на интерьер одной из комнат в «Богатые тоже плачут». Вика, самая умная и вредная из нас троих, решила, что ее будут звать Марианной, а я, я стану Изаурой, Машка Горкина – «Просто Марией». И еще сказала, что начнем, не откладывая, уже завтра.
– Но для подобных сериалов необходимы любовники! – выпучила глаза Машка и уставилась на подруг.
Я тут же полезла в записную книжку смотреть телефоны одноклассников, хотя осознавала, что они вряд ли на это пойдут.
– Трудности будут, – сорвалось у меня. Мысленно готовясь изображать Изауру, я даже достала из сундучка бабушки веер, – Парней не привлечешь. В нашем классе все нефотогеничны, не артистичны и зануд полно.
– Подожди, есть Бубликов в параллельном, – вспомнила Марианна и ехидно посмотрела на «Просто Марию», – Он тебе нравился в прошлом году. Помнишь? С него и начнем. Звони.
Бубликова не было дома, поэтому первую серию решили снимать без мужчин.
Открыв крышку пианино, я стала что-то наигрывать из классики, и, мне показалось, что я уже эта сама Изаура и есть. Машка Горкина охала у балкона: «Милый, приди ко мне! Я жду тебя». Сериал пошел, он просто из нас выливался. Младшая сестра Машки с рвением набросилась на камеру, и, как сумасшедшая, бегала по квартире, снимая «вот так», «с разных углов» и «во всяких противоположностях». А надменная Вика чудила с платочком у глаз, воображая плачущую Марианну. Ей это было просто, потому что она всегда ныла больше других, да и была не из бедненьких.
Поздно вечером, когда сняли первую серию, я все-таки нашла Бубликова. Дозвонилась. Рассказала все. Без утайки. Даже проговорилась, что Машка в него в прошлом году была влюблена, чтоб не раздумывал. Сказала, что ему грозит роль любовника. И нарекут его Раулем. Потом еще, что сериал всю школу обойдет, всем это на диски скопируем. И действительно, кто ж еще мог быть любовником, как не Бубликов?
Бубликов согласился. Сразу. Он главный герой, и несколько сотен серий любовник. И это дойдет до всех, его одного выбрали. «Абзац!», – донеслось из трубки радостным голосом.
На следующий день Бубликов прибежал, домой ко мне, сразу после школы, ворвался, увидел всех нас и все необходимое для съемки: веера, фортепьяно, даже пальму в горшке, взятую у соседки. Обрадовался. Щеки пунцовые, глаза бегают, руками машет.
«Готов», – поняли мы с девчонками.
– Бубликов. Ты будешь Рауль. Вначале ты влюблен в Изауру. Потом серий через двадцать ты ее бросишь, и полюбишь меня. А Машка будет просто вздыхать в уголке. Тебе ясно? – опять за всех все решила Вика, то есть Марианна.
– Может, наоборот. Сначала в тебя, а потом он со мной, – перебила я, но Марианна не слушала и продолжала, ¬– Роли заучивать не надо. Будешь импровизировать. Понял? Изаура начнет играть на пианино, ты подходишь сзади и разглядываешь у ней розы на платье. Бубликов, слышь?... Начинаем. Камера готова?
Бубликов старался. Знание французского и итальянского пригодилось. Недаром папа заниматься заставлял. Наш герой даже Изауру на танец пригласил. И исполнять реверансы, и пылинки вот так сдувать с платья, как средневековому кавалеру, вздумалось ему. «Какая находка!» – внутренне ликовала я, читая восхищение в глазах Бубликова, ныне Рауля, периодически отлучающегося к зеркалу.
Тут Машка взбеленилась:
– Мне, это, все время в углу стоять? На вторых ролях? Не... Пусть по сценарию у нас с Раулем в прошлом все было. И я его бросила. А теперь тут стою вот, усмехаюсь…
– Подожди, – включилась Марианна, – тогда у вас обязательно есть внебрачный ребенок. Похищенный. Его надо отыскать. Э… Придумала: выходим из квартиры, у соседей он.
Действительно у наших соседей был грудной ребенок. Мы решили снимать сцену в коридоре, точнее их дверь.
– Бубликов, ты с Машкой подкрадываешься к соседской двери. Произносишь: «Мария, я отыскал младенца» и звонишь в дверь, - диктовала Марианна.
– Ты че, звонить!? Там эта бабка бешеная выбежит, весь сериал испортит, – прогнусавила Машка.
– Не, вечером она уезжает. Дверь часто открывает дед, – обнадежила их я, – Тихий он, по сценарию и будет похитителем. А ребенок часто орет. Запишем.
– Завтра вечером. Слышите все? Сцена у двери, - отчеканила Марианна, – а сейчас все. Пойдем. Уроки все-таки…
Завтра настало значительно позже, чем обычно, потому что его с нетерпением ждали, вернее его вечер. А на переменах поглядывали на часы, и сцену обдумывали …
И вот, наконец, в коридоре. Рауль и «Просто Мария» стоят, прислонившись к стене.
– Здесь, за этой дверью наш младенец, Мария! – с пафосом произносит Бубликов,– Я верну его из заточения.
– О! Я тебе так благодарна! В память о нашей любви, - в руках у Машки мой веер. И вся она такая романтичная.
Бубликов кидается к двери, сначала дергает за ручку, потом дотрагивается до кнопки звонка. Гудит. Противный звонок у соседей.
Мы стоим молчком. Сначала – тихо. Разочарованно поглядываем на дверь, все-таки ждем чего-то. Бубликов снова жмет на звонок, и…
В квартире слышатся шаги, приоткрывается дверь. Из нее высовывается усатый дед и, произнеся скрипучим голосом «Никого нет. Все уехали», ее же и захлопывает.
Однако из-под его ног успевает выпрыгнуть что-то черное, похоже, что кот, и устремляется к лифту. Бубликов в страхе, чтоб не сорвать сериал, не мешкая, хватает пушистое животное, орущее у нас на глазах, и кричит: «Я спас его, Мария. Вот наш младенец!»
– Остается доказать отцовство, – доигрывает Марианна. |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
lu_lika's journal
